В лесу все прекрасно, только портные плохие – Панку-Яшь О.

Летом я живу в лесу. А в лесу летом всё прекрасно, только портные никуда не годятся. И вы к ним не об­ращайтесь.

Вот послушайте, что со мной приключилось.

Приближался день рождения моего сына. Ему исполнялось пять лет, один час и тридцать три минуты. Я решил подарить ему куртку.

Отлично! Кто-то из знакомых направил меня в швейную мастерскую «У пяти больших мастеров-порт­ных». Я открыл дверь мастерской и поздоровался.

— Добрый день!—ответил мне мастер Ёж.

— Моё почтение!—поднялся мастер Волк.

— Доброго здоровьица!—поклонился мастер Мед­ведь.

— Пожалуйста, проходите!—пригласил мастер Заяц.

— Садитесь, не торопитесь!—показал на стул мас­тер Барсук.

А потом все хором:

— Что вам угодно?

— Вы умеете шить куртки? — спросил я.

— Умеем, — все вместе ответили мастера. — Где бы вы ни бывали, таких курток не видали!

— Прекрасно,— говорю.— Тогда прошу вас сшить куртку для моего сына.

— Какую вы хотите? — спросили меня мастера.

— Красивую и прочную. Без примерки и без изъя­на. Дешёвую и каких я не видал, где бы ни бывал. И чтобы у неё всё было. И воротник…

— Я самый большой мастер по воротникам!—под­скочил Ёж.

— И чтобы карманы были…

— Я самый большой мастер по карманам! — под­скочил Волк.

— Чтобы рукава не морщило…

— Я самый большой мастер по рукавам!—под­скочил Медведь.

— И чтобы пуговицы все были…

— Я самый большой мастер по пуговицам! — под­скочил Заяц.

— На подкладке…

— Я самый большой мастер по подкладкам!—под­скочил Барсук.

А потом все пятеро вместе:

— Мы самые большие мастера-портные!

Я выбрал материал, и мы договорились о цене.

— Завтра на рассвете мы примемся за работу,— сказали мастера.

Я ушёл. Но, бросившись на свою мягкую постель из мха, всё думал о куртке для моего сына. Не забыл ли я чего-нибудь сказать пяти большим мастерам- портным?

Я ведь им сказал только сшить куртку, а как сшить, чтобы понравилось моему сыну, не сказал.

Я встал и снова пошёл в швейную мастерскую.

В мастерской—никого. Было поздно. Мастера ра­зошлись по домам.

Я пошёл к Ежу. Разбудил мастера по воротникам и спросил его:

— Ты действительно умеешь шить воротники?

— Самые лучшие воротники!

— А как нравится моему сыну, умеешь?

— А как ему нравится?

— А так: чтобы воротник был как воротник, но чтобы его концы можно было бы держать во рту.

— Нет, такие воротники я шить не умею,— ответил мне Еж и повернулся на другой бок.

Потом я пошёл к Волку. Разбудил мастера по кар­манам и спросил:

— Ты действительно умеешь шить карманы?

— Самые вместительные! — ответил Волк.

— А как нравится моему сыну, умеешь?

— А как ему нравится?

— А так: карманы как карманы, но чтобы в них можно было положить:

стеклянную пробку,

от пудры коробку,

тюбик краски,

кусок замазки,

десяток марок,

свечи огарок,

каштан, точилку,

старую вилку,

от банки покрышку,

сосновую шишку,

резинку, картинку,

шнурок от ботинка

да ещё…

— Постой, постой! — воскликнул Волк. — Таких кар­манов я шить не умею.

И Волк указал мне на дверь. Иными, и самыми точными, словами выгнал меня.

Я побежал к Медведю. Разбудил мастера по рука­вам и спросил:

— Ты действительно умеешь шить рукава?

— Как в ателье мод! — гордо сказал Медведь.

— А как нравится моему сыну, умеешь?

— А как ему нравится?

— А так: рукава как рукава, но когда мой сын сидит за столом, чтобы рукава лезли в суп. Или в щи. Или в котлеты с соусом. Или в рисовую кашу. Или в вишнёвый компот.

— Нет, таких рукавов я шить не умею! — ответил Медведь и попросил меня не мешать ему спать.

Я помчался к Зайцу. Разбудил мастера по пугови­цам и спросил:

— Ты действительно умеешь пришивать пуговицы?

— За пришивание пуговиц я получил первую пре­мию и венок,—ответил Заяц.

— А как нравится моему сыну, умеешь?

— А как ему нравится?

— А так: пуговицы как пуговицы, но чтобы их можно было оторвать и использовать для игры.

— Таких пуговиц я пришивать не умею! — ответил Заяц, и я не стал ждать, когда он меня выгонит,—ушёл сам.

И бегом побежал к Барсуку, разбудил мастера по подкладкам и спросил:

— Ты действительно умеешь шить подкладку?

— Такую подкладку,— ответил Барсук,— что всё будет гладко!

— А как нравится моему сыну, умеешь?

— А как ему нравится?

— А так: подкладка как подкладка, только всякий раз, когда мой сын запачкает руки повидлом, черни­лами, грязью, чтобы о подкладку их можно было об­тереть.

— Нет,—сказал Барсук,—таких подкладок я шить не умею!

И захлопнул дверь перед самым моим носом.

Рассерженный, я вернулся домой и написал порт­ным:

Вот что со мной приключилось. Вот как остался мой сын без куртки, когда ему исполнилось пять лет, один час и тридцать три минуты.

Жаль. Жаль, потому что летом в лесу всё прекрас­но. Только портные никуда не годятся. Очень плохие портные!