Сказка о том, как гарбаш небылицы слушала

Чтобы Всевышний вам помогал, чтобы в хорошем вы были впереди других, а в плохом позади, я вам сказку расскажу.

Как-то раз в стародавние времена страшная ведьма – гарбаш поймала путника. Сев возле костра, она сказала:
– А ну-ка, рассказывай мне небылицы, пока я тебя не перебью. Если соврать не сумеешь, я тебя изжарю на костре и съем.
Парень начал рассказывать:
– Ещё до рождения своего дедушки я пас коней. Одна хорошая женщина по имени Гоара-Гоатам испекла мне два больших хлеба. Взяв косу, вилы, грабли, я пошёл на сенокос. В полдень, придя на обед, я разломал первый хлеб – и увидел, что внутри сидит дикая коза и ест мой хлеб. Испугавшись меня, она убежала, а я ей вслед бросил косу. Она застряла между рогов, и коза, убегая, скосила всё сено. Решив продолжить обед и разломав второй хлеб, я увидел внутри лису. Она убежала, а я вслед бросил грабли. Голова лисы застряла в граблях, и она, бегая по сенокосу, собрала всё сено в кучи.
Обрадовался я, что сено уже скошено и собрано, решил отдохнуть на склоне… и вдруг увидел, что кони испугались. Я пошёл узнать, в чём дело. Среди коней сидела травяная блоха и пугала их. Поймав её, я пригласил мастеров, чтобы они её подковали. Затем уехал в горы пасти шестьдесят три кобылы. Подоив этих кобыл, сделал сыр. Изготовил я бричку из топорища и впряг двух Муравьёв. Почувствовав, что один муравей ленится идти, я ударил его прутиком. Он превратился в высокую башню, и я оказался наверху, но не знал, как спуститься. Тогда я вспомнил о друзьях. «Эй, Хилта-Билтий, Шара-Хингалий, помогите мне!» – крикнул я им. Услышав мои крики, друзья пришли на помощь. Увидели меня и мигом поняли, что к чему. Тут же один принёс сено, другой – солому. С их помощью я слез с башни.
Мы втроём решили совершить набег. Оружие у нас было такое: у Хилта-Билтия – шашка без ручки, Шара-Хингалий владел кремнёвым пистолетом без набалдашника, у меня был нож без острия. Ехали мы на конях и увидели реку. Она вся была скована синим льдом. Наши кони умирали от жажды. Хилта-Билтий шашкой ударил по льду, Шара-Хингалий из пистолета стрельнул, но лёд не поддавался. Я снял с плеч свою голову, ударил ею и разбил лёд. Напоив коней, мы поехали дальше. Оказавшись у какого-то села, зашли в хибару. Там никого не было, а вдоль стены лежали лепёшки – чуреки. Мы были голодны. Хилта-Билтий бил шашкой по чурекам, Шара-Хингалий стрелял по ним, но друзья не могли отломать ни кусочка. «Дайте мне, я попробую», – сказал я. Хотя руки были замёрзшими, я ударил чуреком по колену. Отломившийся кусочек ударил в глаз Хилта-Билтия, оторвал ухо Шара-Хингалию, сорвал дверной косяк, убил заходящего хозяина, вырвал часть забора соседа с одной стороны, захватил с собой скирду сена соседа с другой стороны и улетел в небо.

«Хозяин погиб от наших рук», – опечалились мы и решили уйти. По пути мы увидели волшебника. Я спросил: «Какие чудеса ты творишь?» Он ответил: «Самое чудесное то, что на твоих плечах нет головы». Я схватился за голову, но её не было. «Где моя голова?» – спросил я попутчиков. «Откуда нам знать, где твоя голова, коли ты сам не знаешь, где она. Когда лёд разбил, ты обратно поставил её на место?» – «Нет», – ответил я.
На конях мы поскакали туда, где были. Когда мы приехали, моя голова гуляла вместе с двенадцатью цыплятами. Я поймал её и водрузил на место.
Гарбаш удивилась:
– Как же ты снятую голову без шрама на место поставил?
– Так ты догадалась, что это неправда? – спросил мужчина ведьму.
– Конечно, ещё тогда, когда ты летом увидел реку во льдах, – ответила гарбаш.
И ведьма отпустила парня домой. Вот так, будучи умельцем рассказывать небылицы, он вернулся живым и невредимым. И все соседи часто приходили к нему сказки слушать.
Так пусть будет добро с ним и со всеми нами!