Медведь и тролли из Довре

Давным-давно далеко на севере за семь горами и семью долами жил отважный охотник по имени Бьерн.

Как-то раз, охотясь, набрел он на заблудившегося медвежонка. От голода и усталости тот едва держался на ногах. Посадил его Бьерн в охотничью сумку, принес домой и пустил во двор.

Стал он о нем заботиться, хорошо кормить, и медвежонок скоро сделался совсем ручным. Как щенок, бегал он за Бьерном, служил ему, да и к человеческой речи быстро привык и часто своими проказами веселил всех в доме.

Однажды королевские глашатаи возвестили по всему королевству, что тот, кто к Рождеству приведет в замок датского короля, целую неделю будет королевским гостем, да ещё и щедрую награду получит.

Услышал об этом Бьерн. Долго думал он и наконец надел на медведя ошейник и сказал:

— Пойдем, дружище! Понадобился королю медведь при дворе. Да и тебе там будет лучше, чем тут у нас.

Нахмурился отец Бьерна, услышав такие слова, смахнула слезу мать, готовя сыну еду в дорогу.

Медведь лишь печально головой покачал, но послушно отправился с Бьерном на юг. Долго шли они, дорога казалась им бесконечной, дни стояли короткие, ночи долгие, а моро­зы лютые.

Приближалось Рождество, когда Бьерн с медведем добра­лись до высоких гор. Их вершины упирались в самое небо, а внизу под ними вилась узкая тропа, сплошь покрытая льдом и снегом. В этих высоченных горах было много пещер, высту­пов, каменных коридоров, трещин и расщелин, в которых жили тролли, большие и маленькие, веселые и злые, но все очень коварные. По ночам выходили они из своих укрытий, стайками разбегались в разные стороны и начинали проказ­ничать. С криком и шумом ломали они все на своем пути, поедали и выпивали все, что им только попадалось, не остав­ляли в покое ни людей, ни зверей.

С большим трудом Бьерн с медведем добрались до ущелья в горах. Их мучил голод, обжигал мороз, до самых костей пробирал ветер. Наконец вдали они заметили огонек.

— Вот хорошо! — с облегчением вздохнул юноша и быстро начал спускаться с горы, медведь едва поспевал за ним. Вскоре они остановились перед какой-то избушкой.

— Кто там? — отозвался хозяин на стук.

— Это я, Бьерн Бьернсон, с медведем. Мы идем на юг, к датскому королю. Говорят, он обещал награду тому, кто при­ведет к нему на Рождество ручного медведя.

— Ох, сынок, как бы ты не опоздал. Рождество на носу, а до королевского замка идти и идти. Ведь ты добрался только до Довре, а король живет далеко на юге. Входи в дом, сегодня ты еще сможешь переночевать здесь.

Со скамьи поднялась хозяйка, которая пряла вместе с дочерью, и принялась готовить ужин для гостя. Скоро на столе дымилась каша с маслом и медом. За ужином Бьерн узнал, что хозяева поутру погрузят свое добро на сани и, оставив дом, спустятся до ближайшей деревни в долине, у подножия гор, где их ожидают друзья.

— В ночь перед Рождеством из подземных пещер и расще­лин выходят тролли, забираются в дом, съедают припасы, все крушат и ломают. Только утром они уходят, а нам потом до весны работы хватает: дом чинить да порядок наводить. А если не оставить им еды, тролли бесчинствуют еще боль­ше, даже крышу сорвать могут, — пожаловался хозяин. — Троллей так много, что никто с ними справиться не может.

— У нас говорят, что гость приносит счастье в дом. Может, и вам какую службу сослужим? – спросил Бьерн.

— Да если бы кто избавил нас от троллей, я в благодар­ность отдал бы тому половину своего добра, — сказал хозя­ин. — Когда я был помоложе, мы с друзьями не раз пытались дать им отпор, но где там, едва ноги уносили.

— Ну что, останемся здесь, мишка? — спросил Бьерн медведя.

Медведь лишь громко зарычал в ответ.

Юноша твердо стоял на своем, и хозяева решили, что они оставят Бьерну с медведем еды, а сами спустятся в долину.

Тяжело было на душе у Бьерна, когда утром он помогал хозяевам грузить поклажу на сани. Он пожелал им всего доб­рого, а девушка на прощание крикнула:

— До свидания, смелый юноша! — И почудилось ему, будто серебряный колокольчик зазвенел в ее словах.

— Ну, теперь нам надо отдохнуть и подкрепиться, пока есть время! — сказал юноша медведю, подбросил дров в огонь и сел к столу. Бьерн лег на лавке, укрывшись тулупом, а мед­ведь — под столом.

Уже стемнело, когда медведь и его хозяин проснулись.

— Эх, останься я дома, плясал бы я сейчас с друзьями у рождественского костра, пел песни, веселился вместе со всеми, а теперь вот торчу в заброшенной избушке да жду лихих гостей, — вздохнул Бьерн.

— Плохо дело, а будет еще хуже! — тихо забормотал мед­ведь. — А все из-за того, что ты решил отдать меня какому-то королю. Ну, ничего, не бойся, что-нибудь мы с тобой приду­маем.

Повернулся мишка на другой бок и громко захрапел, слов­но до самой весны спать собрался. Бьерн же глаз не сомкнул, опасаясь, как бы тролли на него спящего не напали.

Вдруг двери и окна распахнулись, словно вихрь налетел, и в ту же минуту тролли, большие и маленькие, старые и моло­дые, ворвались в домик. Это были не добрые маленькие чело­вечки, хранители очага, всюду желанные гости, а дикая, лихая компания. Взобрались они на стол, залезли на полки, на сунду­ки, стали объедаться ветчиной, рыбой, набивать рот сладкой кашей да запивать медовухой, скакать, кричать, стучать по столу. Но юношу, укрытого шкурой, на лавке, они не заметили.

— Эге, какая большая кошка тут спит под столом! — закри­чал маленький тролль и пихнул медведя костью. — Я такую еще не видел.

— Кошка! Кошка! — закричали остальные и ну его толкать, пихать, кричать ему в ухо.

Медведь долго терпел их выходки, но, когда все тролли столпились вокруг него, вдруг зло заворчал, вскочил, опроки­нул на них стол и застучал по нему лапами. Тут он зарычал так громко, будто гром в горах загремел, избушка просто чудом не перевернулась.- Спасайтесь! Беда! На помощь! — завопили тролли и сломя голову бросились через окна и двери вон. Бьерн тоже не ленил­ся, вскочил с лавки, схватил метлу и давай выметать их из доми­ка. Ни одного тролля в нем не осталось — все кинулись прятать­ся по пещерам и расщелинам.

— Молодец, мишка! — воскликнул Бьерн, подбросил охапку дров в огонь и принялся наводить в доме порядок. Потом он принес из кладовой еды, которую тролли не успели уничто­жить, наелся досыта, как и полагается на Рождество, и медве­дя угостил.

Рано утром хозяин с друзьями на лыжах осторожно подо­шли к дому. Они решили посмотреть, что же натворили трол­ли и что с юношей. И описать нельзя, как они обрадовались, когда узнали, что от троллей и следа не осталось. Бросились они Бьерна обнимать и с медведем на радости пританцовы­вать.

— Оставайся у нас, сынок, — упрашивал Бьерна хозяин. — Такой молодец нам пригодится.

— Я с радостью останусь, — согласился Бьерн, — если отда­дите мне в жены свою дочь.

Скоро они и свадьбу сыграли.

Вот почему Бьерн с медведем так и не попали на королев­ский двор и не пировали вместе с королевскими гостями. Но они об этом и не жалели. Хорошо им жилось в домике у ска­листых гор. Да и никогда не бывало на королевском дворе такого веселья, как на свадьбе у Бьерна. С той поры в окрест­ностях Довре все, и стар и млад, жили счастливо и радостно.

А медведь Бьерна, его медвежата и дети медвежат стали жить в горах и следить, чтобы озорные тролли больше не проказничали в домах добрых людей.