Лихо одноглазое

Жил один кузнец. «Что, — говорит, — я горя никакого не видал. Говорят, лихо на свете есть; пойду поищу себе лихо». Взял и пошёл, выпил хорошенько и пошёл искать лихо. Навстречу ему портной.

— Здравствуй!

— Здравствуй!

— Куда идёшь?

— Что, брат, все говорят: лихо на свете есть: я никакого лиха не видал, иду искать.

— Пойдём вместе. И я хорошо живу и не видал лиха; пойдём поищем.

Вот они шли-шли, зашли в лес, в густый, тёмный, нашли маленькую дорожку, пошли по ней — по узенькой дорожке. Шли-шли по этой дорожке, видят: изба стоит большая. Ночь; некуда идти.

— Сём, — говорят, — зайдём в эту избу.

Вошли; никого там нету, пусто, нехорошо. Сели себе и сидят. Вот и идёт высокая женщина, худощавая, кривая, одноокая.

— А! — говорит. — У меня гости. Здравствуйте.

— Здравствуй, бабушка! Мы пришли ночевать к тебе.

— Ну, хорошо; будет что поужинать мне!

Они перепугались. Вот она пошла, беремя дров большое принесла; поклала в печку, затопила. Подошла к ним, взяла одного, портного, и зарезала, посадила в печку и убрала.

Кузнец сидит и думает: что делать, как быть? Она взяла — поужинала. Кузнец смотрит в печку и говорит:

— Бабушка, я кузнец.

— Что умеешь делать-ковать?

— Да я всё умею.

— Скуй мне глаз.

— Хорошо, — говорит, — да есть ли у тебя верёвка? Надо тебя связать, а то ты не дашься; я бы тебе вковал глаз.

Она пошла, принесла две верёвки, одну потоньше, а другую толще. Вот он связал её одною, которая была потоньше.

— Ну-ка, бабушка, повернися!

Она повернулась и разорвала верёвку.

— Ну, — говорит, — нет, бабушка! Эта не годится.

Взял он толстую верёвку да этою верёвкою скрутил её хорошенько.

— Повернись-ка, бабушка!

Вот она повернулась — не порвала. Вот он взял шило, разжёг его, наставил на глаз-то ей на здоровый, взял топор да обухом как вдарит по шилу. Она как повернется — и разорвала верёвку, да и села на пороге.

— А, злодей, теперича не уйдёшь от меня!

Он видит, что опять лихо ему, сидит, думает: что делать? Потом пришли с поля овцы; она загнала овец в свою избу ночевать. Вот кузнец ночевал ночь. Поутру стала она овец выпускать. Он взял шубу, да вывернул шерстью вверх, да в рукава-то надел и подполз к ней, как овечка. Она все по одной выпускала; как хватит за спинку, так и выкинет её. И он подполз; она и его хватила за спинку и выкинула. Выкинула его, он встал и говорит:

— Прощай, Лихо! Натерпелся я от тебя лиха; теперь ничего не сделаешь.

Она говорит:

— Постой, ещё натерпишься, ты не ушёл!

И пошёл кузнец опять в лес по узенькой тропинке. Смотрит: в дереве топорик с золотой ручкой; захотел себе взять. Вот он взялся за этот топорик, рука и пристала к нему. Что делать? Никак не оторвёшь. Оглянулся назад: идёт к нему Лихо и кричит:

— Вот ты злодей, и не ушёл!

Кузнец вынул ножичек, в кармане у него был, и давай эту руку пилить; отрезал её и ушёл. Пришёл в свою деревню и начал показывать руку, что теперь видел лихо.

— Вот, — говорит, — посмотрите — каково оно: я, — говорит, — без руки, а товарища моего совсем съела.

Тут и сказке конец.